|
|
|
|
 |
 |
|
|
|
|
Он перестал звать сон и потому тотчас уснул и спал положенное время.
Те сны, которые порою видел, старался не запоминать.
Ждал полную луну, чтобы опять приняться за благое дело.
Как-то вечером, совершив омовение в реке, он украсил небесных богов, произнес и ритуальные слоги всесильного имени и задремал.
Почти сразу ему привиделось сердце, которое билось.
Он увидел сердце трепещущим, теплым, таинственным, величиною с кулак, гранатного цвета в сумраке тела, безликого и бесполого.
С усердием и любовью он грезил им четырнадцать светлых ночей.
И с каждой ночью сердце виделось четче, яснее.
Он не трогал его, а пока лишь смотрел, наблюдал, корректировал взглядом.
 |
|
|
