|
|
|
|
 |
 |
|
|
|
|
Нас, аргентинцев, кочевая жизнь на почти безлюдных просторах приучила к одиночеству без скуки; телевидение, телефон и - почему бы и нет - чтение виновны в том, что этот ценный дар мы теряем.
Маседонио часами мог сидеть в одиночестве, в полном бездействии.
Одна слишком известная книга рассказывает о человеке одиноком, который ждет; Маседонио был одинок и ничего не ждал, покорно предоставив себя мерному времени.
Он приучил свои чувства не реагировать на мерзости и растягивать любое удовольствие - аромат английского табака, крепкого мате, а может, и какую-нибудь книгу, скажем "Мир как воля и представление", помнится, в испанском издании.
Обстоятельства приводили его в убогие комнаты пансионатов Онсе или квартала Трибуналес, вовсе без окон или с одним окном, выходящим на затопленный патио; я открывал дверь и видел Маседонио, сидящего на кровати или на стуле задом наперед.
Казалось, он часами не двигался и не ощущал застойного с мертвечиной запаха помещения.
 |
|
|
