|
|
|
|
 |
 |
|
|
|
|
Я не без грусти оглядел рукописи, наполовину законченный черновик и трактат Артемидора о сновиденьях -- книгу совершенно неуместную, ведь греческого я не знал.
Еще день потерян, мелькнуло в уме.
Осталось повернуть ключ.
Я боялся, что гость бросится на меня, но он сделал несколько неуверенных шагов, уронил палку, даже не глянув ей вслед, и без сил рухнул на кровать.
Тоска много раз рисовала мне его, но только теперь я заметил, что он как две капли воды похож на последний портрет Линкольна.
Пробило четыре.
Я наклонился, чтобы он лучше слышал.
Мы думаем, что время идет только для других, а оно не щадит никого, -- выговорил я.
Мы встретились, но все, что было, потеряло теперь всякий смысл.
Он успел уже расстегнуть пальто.
Правая рука скользнула в пиджачный карман.
Он что-то показывал.
Револьвер", -- догадался я.
Тут он твердо отчеканил: -- Ты пожалел меня и впустил в дом.
 |
|
|
