|
|
|
|
 |
 |
|
|
|
|
Я промолчал, он добавил: - Если тебе не противно смотреть, как другой ест, не разделишь ли со мной трапезу? Я понял, что он заметил мою растерянность, и ответил согласием.
Мы пересекли коридор с боковыми дверями и вошли в небольшую кухню, где все было сделано из металла.
Вернулись с ужином на подносе: вареная кукуруза в чашах, кисть винограда, незнакомые фрукты, по вкусу напомнившие мне инжир, и огромный кувшин с водой.
Хлеб, кажется, отсутствовал.
Черты лица моего хозяина были острыми, выражение глаз непередаваемо странным.
Я не забуду этот суровый и бледный лик, который больше никогда не увижу.
При разговоре человек не жестикулировал.
Меня связывала этика латыни, но все же я решился спросить: - Тебя не удивило мое внезапное появление? - Нет, - отвечал он.
 |
|
|
